ОДНОЙ СТРОКОЙ

Возраст богатырю не помеха

31 января свое 85-летие отметил тяжелоатлет Василий Зубов, обладатель многочисленных званий и наград. В преддверии юбилея спортсмен согласился рассказать о себе.

— Василий Петрович, поделитесь секретом, как получилось, что даже сейчас в 85 лет вы продолжаете выступать? Откуда столько здоровья и сил?
— Да нет никакого секрета. Видимо, получил от родителей хорошие физические данные, а потом так сложилась жизнь, что я просто не мог вырасти слабым. В 1938 году отца призывают на войну – на озеро Хасан. Я как раз пошел в школу, до которой приходилось каждый день добираться 2 километра. Тогда же на мне оказалась большая часть хозяйства, больше было некому: в доме жили бабушка, больная тетя и мать, которая постоянно была на работе. Отец вернулся к нам только в 1946 году. Так что с семи лет я занимался дровами: пилил, таскал, колол. При таких условиях я, естественно, натренировался. Потом в 1941 году я собирал гнилую картошку по огородам и набрел на сгоревшую баню, в которой обнаружил 32-килограммовую гирю. Сначала хотел сдать ее на металлолом. Но передумал и начал упражняться. Получилось не сразу, зато потом военрук показывал меня призывной молодежи – как я тягаю эту гирю. Никто из ребят повторить не мог. В 1943 году на маевке я сумел поднять ее 11 раз! Вот как в детстве начал заниматься, так до сих пор остановиться не могу. Ежедневно делаю зарядку: встаю в 6:30 и минимум 40 минут выполняю упражнения. А вот тренироваться каждый день теперь не могу – организм не успевает восстановиться. 85 лет все-таки. Приходится пропускать. Но все равно я способен за 70 минут поднять в общей сложности 3,5 тоны. Что я могу еще сказать по поводу здоровья… На протяжении жизни я не курил. Точнее начал было баловаться в ремесленном училище, чтобы не отрываться от коллектива. Но потом приехал на соревнования в Харьков, выиграл их, и ко мне подошел тренер Илья Дымов. Он предложил мне заниматься у него – невероятная удача. Но, когда узнал, что я покуриваю, сказал: «Как бросишь — так меня найдешь». Даже слушать меня больше не стал, развернулся и ушел. После этого я, естественно, бросил и больше не начинал. А вот закаливанием не занимался – по-моему, это издевательство над организмом. Я несколько раз пробовал, но, кроме насморка, ничего не приобрел.  
— Насколько мне известно, Вы дважды получали сильную дозу радиации, как и когда это произошло?
— Я 35 лет прослужил в армии, работая в области ядерного вооружения. Получилось так: в 1950 году меня должны были призвать в армию, но вместо этого предложили поехать в первое пограничное училище войск КГБ в Харькове. Я, конечно, согласился.  Во время поступления вышла занятная история. Сдал экзамены: математику устно и письменно, физику, химию, иностранный язык на отлично, а сочинение на двойку. Пока в деревне жил, читал мало, и это сказалось – не смог написать. С «лебедями» в училище не принимали, поэтому я уже сидел и ждал, когда мне вернут документы. Ну не поступил, ну бывает. Руководитель 3 факультета Мишайкин увидел 5 пятерок и одну двойку и решил посмотреть на меня. Я в недоумении – никого не вызвали, просто отдавали бумаги все, а меня зовут. Мне устроили быстрый экзамен – вопросы задают, я отвечаю, снова задают, я снова отвечаю.  Тогда Мишайкин берет документы, идет к генералу и говорит: я его принимаю на свой факультет. Я потом еще год переписывал сочинение, никак сдать его не мог. На третьем курсе 25 человек из дивизиона, тех, кто лучше был подготовлен, отобрали для обучения работы с ядерными боеприпасами. После окончания училища приехали за назначением в Москву. Отбирали 7 человек на химкомбинат «Маяк», а это в 30 километрах от моей родной деревни. У меня рекомендация была в центральную группу войск – самое лучшее место, которое только можно было представить. Мне так и сказали: «Ты на пятерки учился, чтобы на «Маяк» ехать что ли? Зачем тебе это надо?». Ну на самом деле сказали немного не так, там с матерком фраза была… Но я уперся – хочу домой и все тут. Так я и попал на химкомбинат, полтора года работал под началом самого Игоря Васильевича Курчатова. А потом в 1957 году там произошел взрыв – в одном отстойнике накопилась критическая масса вещества. Я принимал участие в демонтаже дорогостоящей аппаратуры, которая там стояла. Проработал 3 дня и получил максимальную допустимую дозу облучения больше 300 мили рентген. Там естественно, была процедура очищения, но на третий день она не помогала. В этот момент из Москвы пришла телеграмма – откомандировать Зубова на сборы, потому что я в 53 году стал чемпионом Урала и с 53 по 57 год я был в составе Челябинской области по тяжелой атлетике. Это меня и спасло – срочно отправили на реабилитацию. Второй раз я получил облучение в 1983 году. Я обучал личный состав работе со снарядами с ядерной начинкой. На некоторых этапах подготовки приходится работать с открытым продуктом. Я показывал весь техпроцесс. Тогда-то  из-за излучения у меня снова началась лейкопения. Я с утра как всегда делал зарядку, выскочил  на брусья, а у меня руки не держат. Пришлось проходить повторную реабилитацию. И в 85 году я вынужден был демобилизоваться. Между прочим, мог и в третий раз попасть в самое пекло: хотел сначала перебраться в Припять. Там мне предложили стать начальником 4-го блока. Но квартиру не дали, поэтому я отказался и поехал в Серпухов, где мне предложили нормальную жилплощадь. А в Чернобыле в это время рвануло. Думаю, что окажись я там, ничего уже не спасло бы.  
— А что во время службы было со спортивной карьерой?
— Все хорошо было. Где бы я не оказывался, становился чемпионом. Иногда спорт меня серьезно выручал. Был, например, забавный случай, когда учился в Харькове. Я познакомился с девочкой, договорились о встрече на следующий день. Возвращаюсь в часть, а мне говорят, что я заступаю в дежурство по дивизиону. Делать нечего, думаю, придет девочка на свидание, а меня там не будет. И вдруг оказывается, что один из конькобежцев попал в больницу и нужна замена на соревнования. Я вызвался, хотя на коньках не стоял уже много времени и никогда даже не пробовал кататься в нормальных, только в тех, которые на валенки надевались. Просто смекнул, что если меня ради соревнований снимут с дежурства, то я успею на свидание. В итоге аж до командира дивизиона дошли, чтобы меня освободить. Как выступал — хохотали все. Естественно ничего я там не достиг, зато встретился с девушкой. Однако для меня этот случай даром не прошел – я начал заниматься и уже через 3 месяца выиграл соревнования на дистанции 500 метров среди всего училища. У меня был очень мощный старт, а это крайне важно в конькобежном спорте. Я полкилометра в лучшие годы пробегал за 47 секунд! Олимпийский чемпион Косичкин бегал за 45, а я всего на две секунды хуже!  
— Все время, которое Вы занимаетесь тяжелой атлетикой, Вы выступаете в одном весе – до 60 килограммов. Приходится ли что-то делать, чтобы не превысить это значение?
— Раньше приходилось: меня попридержал в весе Коля Немов – чемпион и первый мастер спорта Урала по тяжелой атлетике. Это продолжалось с 53 и до 57 года, пока я не уехал из Челябинска. С весом боролся так: за две недели до соревнований я сокращал потребление воды вдвое – это позволяло сбросить килограмм – другой, больше и не надо было. А потом необходимость в этом отпала – вес оставался постоянным и не пытался расти в течение 30 лет.  Сейчас я стараюсь есть побольше овса – утром и вечером. Больше ничего особенного не делаю. Между прочим, Николай Немов оказался прав, когда говорил мне не тяжелеть. Это стало понятно,  когда была введена система Синклера, которая учитывает вес спортсмена, возраст и поднятые в двух упражнениях килограммы. У нас долгое время шли путем увеличения абсолютных результатов, т.е. максимальный вес, который человек может поднять. Здесь, конечно, лучшего успеха добивались самые тяжелые спортсмены. Но такой принцип не слишком объективен. Например, абсолютным чемпионом считался Василий Алексеев. Он 160 килограммов весил, толкал 240, рвал 180. А какой-нибудь мухач (спортсмен, выступающий в легком весе, — прим. ред.), который весит 56 килограммов, толкал 150, а рвал 120. Абсолютные результаты лучше у первого, а соотношение веса спортсмена и поднятого веса говорит в пользу второго. Эта разница как раз и учитывается по системе Синклера.
— У Вас уже столько достижений, побед и наград. Есть еще к чему стремиться?
— Стремиться всегда есть к чему. Я уже начал готовиться ко Всемирным играм ветеранов спорта, которые пройдут в 2017 году в Новой Зеландии. Кроме того, есть вполне определенная цель. В прошлом году после очередной победы на чемпионате Европы, на конгрессе было принято решение о введении меня в Европейский зал славы. Церемония вручения должна состояться в мае. Теперь я хочу попасть в Мировой зал славы. Для этого нужно набрать 400 очков по системе Синклера. Это реально, но нужно будет постараться. Я, возможно, уже мог бы взять эту величину, но 2 года назад повредил двуглавую мышцу на одной из рук, и пришлось долго восстанавливаться. Все, конечно, будет зависеть от состояния здоровья. А недуги, как не крути, в 85 лет появляются. Кроме того, я сейчас веду тренерскую работу и переживаю за воспитанника, который выступает в категории 56 килограммов и уже стал чемпионом Московской области. Он едет 4 февраля на первенство ЦФО. Его дальнейшая подготовка тоже важная для меня задача.
— Мне остается только пожелать Вам дальнейших успехов в работе и крепкого здоровья. Будем надеяться, что Вы еще не раз порадуете нас своими победами.  

 

Василий Петрович Зубов родился 31 января 1931 года в селе Кузнецкое Челябинской области. Занимается тяжелой атлетикой 73 года. Кавалер олимпийских наград 1998 г.(Портленд), 2002г. (Мельбурн), 2009г. (Сидней), 2013г. (Турино). Двукратный победитель Европейских игр по тяжелой атлетике для спортсменов от 35 лет и старше.  Десятикратный чемпион Европы и пятикратный – Мира. Установил 2 Мировых рекорда (в толчке и общей сумме баллов за два упражнения). Помимо достижений в тяжелой атлетике, является кандидатом в мастера спорта по офицерскому многоборью, конькобежному спорту и стрельбе. В Серпухове живет с 1985 года.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован


*