ОДНОЙ СТРОКОЙ

Фамилия футболиста привела к трагедии

На призыв о помощи в сборе фактов об истории серпуховского футбола откликнулся еще один наш читатель, точнее - читательница. Ее зовут Зинаида Константиновна Найденова. История, которую она рассказала о серпуховском футболисте, ее дяде, трагична. В самом расцвете сил спортсмен стал жертвой политической репрессии только из-за того, что он носил немецкую фамилию Штелинг.


Штелинги появились в Серпухове в 1908 году, во время бурного роста текстильного производства. Петр Штелинг, глава семейства, был приглашен в качестве мастера на Суконную фабрику. До этого их семья жила в столице и относилась к тем немцам, которые за долгие годы жизни в России так «обрусели», что об их исторической родине говорила только фамилия.
По словам Зинаиды Константиновны, ее дед был очень справедливым человеком и всегда стоял горой за рабочих. Однако его жизнь оборвалась на охоте, еще до революции. Случайный выстрел оказался смертельным. Впрочем, сама рассказчица в случайность не верит. По ее словам, кто-то из служащих фабрики имел на него зуб. Как бы там ни было, на руках бабушки Зинаиды Константиновны остались четверо детей: три девочки и мальчик Николай, который, как и его сестры, родился в Серпухове. Тем не менее этот факт, как и тот, что дети воспитывались без отца, не остановил следователей вынести обвинительный вердикт: «Враг народа».
Справедливости ради отметим, что наша читательница строила свой рассказ о репрессированном дяде на воспоминаниях бабушки и своей сестры. Тем не менее факты — вещь упрямая. Принесенные ею фотографии дают возможность более детально взглянуть на события, которые приводятся в очерке «Футбольные чары». Кстати, в рукописи Николай Штелинг упоминается как хороший футболист одной из сильных в 30-е годы команд.
По рассказу Найденовой, ее дядя работал на Суконной фабрике электромонтером и самозабвенно влюбился в футбол. В это время лучшая серпуховская футбольная команда «КОСТ» по решению серпуховского отделения Союза текстильщиков была расформирована и перед профсоюзами предприятий была поставлена задача создать команды при каждом рабочем клубе. Причиной странного на первый взгляд решения стало именно желание развивать футбол. «Команда “КОСТ” подобно огромному утёсу доминировала над всеми командами города, своим превосходством, авторитетом она подавляла другие коллективы, — говорится в очерке «Футбольные чары». — В нашем городе для неё не было равных соперников. Её соперниками были только сильные команды других городов. Но такая ориентировка была однобока, она не стимулировала развитие футбола в других коллективах, что могло впоследствии привести к пассивности и оскудению футбола в нашем городе». Несмотря на то, что футболисты команды «КОСТ» разошлись добровольно на два клуба — имени Буденного и имени Володарского (2-я Ситценабивная фабрика), в Серпухове появились другие сильные команды, одной из которых стала команда фабрично-заводского ученичества — «ФЗУ». В ней до 1937 года играл Николай Петрович Штелинг.
Футбольная карьера электромонтера Суконной фабрики в одночасье прервалась по доносу серпуховички, которая, по всей видимости, имела на него зуб. В своем ложном извете она написала о том, что Штелинг немец и работает на врага. Этих слов в предвоенные годы было более чем достаточно, чтобы найти состав преступления.
Николая Штелинга, как многих «врагов народа», судило «особое совещание НКВД». Перед этим его долго допрашивали. Следователь требовал признания: «Ты враг народа, подписывай прокол допроса!» «Какой я враг, я босяк!» — ответил ему Николай Штелинг и вспылил, запустил в обвинителя чернильницей. Это последнее, о чем помнила бабушка Зинаиды Константиновны. Дальше — суд «тройки» и ее сын сгинул навечно. Только в 1959 году семья получила траурную весточку — свидетельство о смерти. В ней черным по белому было указано: Николай Петрович Штелинг умер в 1943 году от паралича сердца. Однако в каком месте пышущий здоровьем футболист в 35 лет принял смерть, было не указано и до сих пор родственники не знают, где он похоронен.
Его честное имя, как жертвы политической репрессии, восстановили. На фабрике долгое время висела его фотография как незаконно репрессированного. По прошествии времени клеветница на коленях перед мамой Николая призналась в содеянном и умоляла о прощении, а государство выдало справку из Московского областного суда и 200 рублей. Только семье все эти «признания» были уже пустым звуком. Для родственников Николай Штелинг навечно остался в памяти футболистом из старых фотографий. В них он вечно молодой, красивый парень с выдающейся шевелюрой стоит рядом с друзьями в футболках с эмблемой «ФЗУ», и все они смотрят на нас с улыбкой на устах, очарованные футболом.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован


*