ОДНОЙ СТРОКОЙ

К ученым тоже приходит муза

8 февраля в нашей стране отмечают День науки. Сотни тысяч человек, которые работают в разных областях знаний, могут считать этот день профессиональным праздником. В Серпухове передовиком в сфере технологий и инноваций по праву считается Институт инженерной физики (ИИФ). Эта научно-производственная организация сумела доказать, что научная деятельность может быть коммерчески выгодной и обеспечивать талантливых ученых достойной зарплатой. В преддверии праздника немного рассказать о своей работе согласился заместитель  начальника управления навигационно-геодезических систем ИИФ, кандидат технических наук, профессор, Заслуженный работник высшей школы РФ Николай Иванович Котов.


— Николай Иванович, давайте начнем беседу с банального вопроса «что такое наука?».
— Между прочим, ответить не так-то просто. Трудно говорить о науке в целом – это очень широкое понятие, охватывающее огромное количество сфер деятельности. Если нужно давать какие-то конкретные ответы, то сначала нужно определиться с областью знаний, о которой мы будем говорить. Только в этом случае наш разговор окажется предметным. Если же брать исследовательскую деятельность в общем, то это тяжелый труд. Он чем-то похож на работу людей искусства.
— К ученым тоже приходит муза?
— Конечно, а как же иначе? Очень часто, если работаешь над каким-то вопросом, то можно долго над ним биться, а потом в какой-то момент вдруг рассмотреть задачу под иным углом и найти ее решение. Но если ничего не делать, то никакое вдохновение не поможет. Основное условие посещения музы – творческие дискуссии в коллективе единомышленников.
—  Когда Вы начали заниматься наукой, и в какой момент поняли, что это дело всей жизни?
— Я всегда любил решать нестандартные задачи, это качество неоднократно помогало мне в жизни. Например, когда я после военного училища попал в войска молодым лейтенантом, ребята из расчета решили проверить, чего я стою, и начали специально вводить небольшие изменения в работу аппаратуры — им было интересно, разберусь я или нет. Я справился и потом объяснил им, как именно рассуждал, чтобы найти неисправность. В какой-то момент я заметил в себе интерес и к преподавательской деятельности, поэтому, когда появилась возможность из войск перейти в училище и поступить в адъюнктуру, я с удовольствием воспользовался этой ситуацией и начал уже готовить себя как преподавателя и как ученого. На протяжении всей жизни меня окружали люди, которые дорожили своей профессией и обладали огромными человеческими качествами. Я до сих пор вспоминаю тех, с кем мне довелось общаться и работать в академии. Это были специалисты, которые стояли на передовых позициях в области создания навигационных геодезических систем  для  РВСН. Наверное, именно тогда я окончательно утвердился в своем желании вести научную деятельность.
— Можете немного рассказать о Ваших разработках?
— Прежде всего, результат нашей работы – это современное оборудование, которое используется в  вооруженных силах. Для того, чтобы обеспечить функционирование и боевое применение техники, нужно решить огромное количество задач. Среди них есть такая, как подготовка исходных данных для пуска ракет. Для точного попадания в цель нужно определить геодезические параметры точки старта и направление прицеливания. Эти вопросы и лежат в области навигационно-геодезического обеспечения. Главное, с чем приходится сталкиваться – постоянно растущие требования по точности и быстродействию системы прицеливания. Мы провели большую работу по созданию автоматической системы определения астрономического азимута с погрешностью менее угловой секунды. Чтобы понять, сколько это, возьмите 1 градус на транспортире, разделите его на 3600 долей и получите угловую секунду. Кроме точности, немалую роль играет и быстродействие. Были времена, когда для того, чтобы определить азимут с точностью 1 угловая секунда, оператору требовалось работать в течение  одной – двух недель.  Это время требовалось на наблюдение и расчеты. С широким распространением вычислительной техники получение результатов значительно ускорилось, но время, необходимое для наблюдения, остается довольно внушительным. Мы создали систему, которая определяет азимут за 20-30 минут наблюдения.
— Это именно Ваша разработка?
— В настоящее время практически невозможно, чтобы автором какого-то устройства был один человек.  Я главный конструктор некоторых изделий, которые сейчас поставляются в войска, но я не могу сказать, что эта продукция именно моя. Это результат долгой и кропотливой работы многих людей.  Есть отдельные решения, которые я принял на основе собственных исследований и расчетов, но сказать, что именно они сыграли решающее значение в создании готового изделия, я не могу.
— В приборах, о которых Вы говорите, используются отечественные комплектующие, или приходится покупать их за рубежом?
— К сожалению, в ряде отраслей наша промышленность серьезно отстает, в частности оптико-электронная, так что мы вынуждены использовать импортные приборы. Основным предприятием, которое работало в Советском Союзе по этому направлению, был киевский завод «Арсенал». Соответственно, мы потеряли высокотехнологичную базу, и до конца восполнить это пока не удается. Помимо чисто технических моментов, есть еще и проблема с профессионалами. Когда нам понадобилась высокоточная оптика, мы узнали, что одно из предприятий в Московской области приобрело оборудование для производства такой продукции.  Когда мы связались с этой организацией и попросили выполнить наш заказ, то получили ответ, что станки-то есть, а вот специалистов, способных на них работать, пока найти не удается.
— Так сложилось, что некоторое время в нашей стране профессия ученого была, мягко говоря, не самой прибыльной. Что-то изменилось?
— Золотых гор здесь, как и прежде, не заработаешь. Я допускаю, что могут быть отдельные гении, которые могут сделать на этом состояние, но в основном никаких сверхприбылей в этой деятельности не бывает. Однако сегодня у человека, который занимается наукой, есть возможность обеспечить себе вполне достойную жизнь и вести исследовательскую деятельность, не находясь у черты бедности.  Если говорить о молодом ученом, то он вполне может в современных реалиях проявить себя при условии, что он достаточно трудолюбив. Другое дело, что сам процесс поиска и решения научных проблем приносит большое удовлетворение.
— Есть ли у Вас какой-то ритуал для празднования Дня науки?
— Да я его, если честно, не особо-то и праздную. Когда молодой был, мы и о празднике таком не знали – придумали свой, День гироскописта. А сейчас для меня больше радости доставляет конференция, которая проходит традиционно в конце мая и собирает ведущих специалистов в области геодезии и навигации. Пообщаться с этими людьми и обсудить общие проблемы – вот это для меня настоящий праздник, которого я жду с нетерпением.

Беседовал Евгений Краснов

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован


*

 
Наверх